Нашъ край

[Свежие записи][Архив][Друзья][Личная информация]

[РНЕ] Below are the 10 most recent journal entries recorded in the "nashkray" journal:

[<< Previous 10 entries]

Июль 24, 2007

10:42 am

[Ссылка]

(2 комментария | Оставить комментарий)

Февраль 19, 2007

09:13 pm

[Ссылка]

"Казачий Спас" в Воронеже
17 февраля 2007 года в городе Воронеже на территории стадиона «Динамо» прошли праздничные масленичные гуляния под общим названием «Казачий Спас». Праздник традиционно проводится перед Великим постом Воронежским отделом Центрального Казачьего Войска.
На масленицу съехались казаки всех станиц и хуторов Воронежской губернии, что бы не только погулять-попраздновать, но и принять участие в военно-спортивных состязаниях, которые включали в себя силовые упражнения с гирями, борьбу на поясах, метание ножей, сборку-разборку автомата Калашникова, стрельбу из пневматических винтовок и перетягивание каната.
Наш город на «Казачьем Спасе» представляла команда хутора «Борисоглебский», в составе атамана Валерия Телегина и казаков Игоря Бунина, Михаила Косьянова, Александра Болдырева и Александра Милякова. Борисоглебских казаков благословил и сопровождал в поездке настоятель Казанской церкви священник Андрей Черницын.
Борисоглебцы не довольствовались лишь участием в захватывающих и довольно таки трудных казачьих играх. Во всех дисциплинах наши казаки занимали 1-е и 2-е места, а по результатам всех состязаний стали первыми. Наша команда получила несколько грамот, призов, а главное каждый её участник был награжден настоящей донской нагайкой.
Праздник не обошелся без масленичных блинов. Всех присутствующих участников, болельщиков и зрителей угощали чаем и кашей из военной полевой кухни. Желающие могли залезть на столб и выбрать себе подарок или покататься на лошадях.
Борисоглебские казаки вернулись домой в приподнятом настроении и с большим желанием дальнейшей работы по развитию Казачьей организации города. А призы и грамоты займут достойное место в штабе хутора «Борисоглебский».

(Оставить комментарий)

Февраль 8, 2007

10:17 am

[Ссылка]

Борисоглебск со спутника

(Оставить комментарий)

Февраль 1, 2007

11:17 am

[Ссылка]

НЕ ЗОВИТЕ РУССКОГО — ФАШИСТОМ!..
Газета "Завтра"

</td> </tr> </tbody></table>

Марина Струкова
«НЕ ЗОВИТЕ РУССКОГО — ФАШИСТОМ!..»

     Сегодня в СМИ любят рассуждать о том, откуда возниклотакое явление, как "русский фашизм". Конечно, этот ярлык — провокация,подмена таких понятий, как русский патриотизм, национальноедостоинство. Эта статья — анализ явлений и событий, ставших частью моейжизни почти десять лет назад.

     Надо ли кому-то знать, что протест бритоголового парня —жест отчаяния русской души? Интересно ли, почему люди, изучавшиеиндийскую философию или китайский язык, начали когда-то делить на ариеви неариев другие народы? Что заставило их считать кого-то врагамирусской нации?…

     Мои сверстники, те, кому в 90-х было 12-15 лет, кого"перестроечная" пресса привычно называла "потерянным поколением",восхищались фильмами "новой волны", наслаждались свободой прессы иносили медальоны с названиями рок-групп, уважали суверенностьразбегавшихся республик и ждали великих перемен. Мы думали, что новое,свободное государство будет принадлежать нам. Однако нас обманули. Воткто-то и носит сейчас черную форму, значки с коловратами, создаётсайты, обвиняющие “реформаторов” в геноциде собственных граждан. Читаяэти статьи, слушая песни, растет новое поколение “в черном”. Когдагосударство кого-то отринуло, их обрели другие организации.

     Мы видели начало разрушения Державы, начало всехнегативных процессов. Вчерашней школьницей, испытывающей особуюсимпатию именно к восточной культуре, прочитав Фирдоуси, Низами,Руставели, я наблюдала, как улицы Москвы заполняют орды пришельцев сВостока, и поражалась: откуда же взялись восточная философия илитература, если не вот ли она, часть Востока, на улицах Москвы —неграмотные наглые торгаши, ворьё, наркоторговцы?

     Высоко ценившая русскую рок-поэзию, вдруг осознала, что"демократия", использовав энергетику русского рока, — мятежную жаждусправедливости и воли, — вновь загнала рок в подвалы. А на экране пополчаса причитают два-три слова рэперы, и омерзительна —бессодержательность их текстов, а не негритянские ритмы музыки.

     "Подростком прочитав вагон романтических книг", превышевсего ценя свободу человеческой индивидуальности, я поняла, чтоиндивидуальность авторов, всплывших на волне “перестройки”, заключаетсяв разборках с собственными комплексами, а “реформаторы” поощряют тех,кто культивирует недостатки человеческой личности особенно рьяно.

     Разумеется, мне небезызвестны сегодняшние "звезды"литературы, и творения Сорокина с его копрофагией и прочими причудами;особенно впечатлил рассказ "Настя" — о том, как в дворянской усадьбесемья заживо зажаривает и сжирает барышню. Короче, "аффтар жжот"…Повести Пелевина для умных подростков взрослые критики совершенносерьезно считают вершиной современной литературы… Вечно возвращающийсяк описаниям ломок Боян Ширянов — для "продвинутых" литературоведов едвали не Теренс Маккена.

     Внедрявшаяся в России “демократия” — не властьсвободных, а власть "откинувшихся", освободившихся от моральных норм,как из тюрьмы. Недаром по телевидению постоянно шли да и идут фильмы омафии и бандитах, каждый день зрители минут на сорок да перемещаютсяпсихологически на нары какой-нибудь "Зоны" или "Острога". В эфире"Русский шансон" рулит, а "Милицейская волна" собирает с мира по нотке,потому что нет песен, воспевающих закон и порядок, сильное государствои чувство долга. "Наше радио" преподносит как русский рок явлениябезнадёжно вторичные по содержанию — толпа подражателей тщетно пытаетсядостичь художественного уровня легендарных Цоя, Башлачёва, Кинчева.

     В пространстве искусства — компиляторы, плагиаторы,воспеватели собственной пустоты, в лучшем случае старой добройсаморефлексии, но, по-моему, как объект литературного анализа, она себяисчерпала ещё после "Преступления и наказания"...

     Используют в Сети "подонский" язык — когда каждое словонарочно уродуют, "подонский" язык — это актуально: "Превед, медвед!"Забыв мелодичность и изысканность русской речи, остались с "преведом".Я думаю, что "подонский" язык возник тогда, когда юные пользователиинтернета осознали, что не в силах писать грамотно — ну не учит ужешкола, да и сами ничего не читают, главный досуг — компьютерные игры —стрелялки, бродилки. И вот подростки превратили свой недостаток —неграмотность — в модное явление.

     Мне же это кажется ещё одним падением отечественнойкультуры, незначительным, но характерным. Не станет ли в дальнейшемактуальной потребность объясняться нечленораздельными звуками?..

     Разочарование. Чувство, что душа твоя обворована,возникает, когда знакомишься с так много обещавшей и так мало доброгопородившей "перестроечной" литературой. Ни в коем случае не призываюзапрещать какие бы то ни было книги или сайты. Мне хотелось бы, чтобынаша энергия породила не зубодробительные законы и лагеря, но воспиталабы другую молодежь, для которой не была бы духовно губительной никакаяоткрытость западным или восточным модным веяниям, нужна не культурнаярезервация, но люди с психологическим иммунитетом против любогоинтеллектуального вируса.

     Для тех, о ком я веду речь, пока характерны виртуальныепроекты, дискуссии на форумах и в чатах, где молодые хоругвеносцы,монархисты, баркашевцы, русисты, скинхеды спорят друг с другом и соппонентами. В жизни это напоминает ролевую игру: знаете, поклонникиТолкиена одеваются в латы, делают мечи и сражаются в парках, воображаясебя орками и эльфами. А эти одеваются в красивую форму с национальнойсимволикой, расклеивают листовки, расписывают заборы...

     Но это не ролевая игра, а детство идеи. Она взрослеет,набирает сторонников, становится всё более привычной для России. Год загодом участвуя в пропагандистских акциях, я замечала, как народ всёболее проникается идеями национального духа, и если когда-то намветеран мог сделать суровое замечание по поводу того же коловрата, тотеперь всё чаще встречаем симпатию людей, вполне понявших, что“демократия” несёт гибель России.

     Но до реальной национальной революции России ещё оченьдалеко, всё зависит от того, достигнет ли власть взаимопонимания снародом. Он очень терпелив. Наши "демократы" с нероссийскимипаспортами, пугая себя "коричневой угрозой", опережают события. Лёгкаясклонность к истерии и желание поплакаться и пощекотать нервишкигрядущим тоталитаризмом — их типичная черта.

     СМИ всех политических направлений любят заявлять, что внационально ориентированные организации идут недалекие молодые люди,оболваненные на митингах пафосными речами и за всю свою жизньпрочитавшие, дескать, лишь "Сионские протоколы" и "Майн кампф".Разумеется, мол, эти несчастные не имеют образования, их родители пьют,их досуг — тренажёры в подвале, а "заработок" они находят в карманах уизбитых кавказцев. Безделье, неприкаянность, плохая наследственность…

     Какая знакомая песня... Могу разочаровать — в оппозицию чаще приводят книги и анализ окружающей действительности.

     Вадим Н.: "Многих примкнуть к протестному движениюпобудила социальная напряженность, предательство горбачевской шайкойинтересов страны. Казалось, что наиболее жесткий ответ им даст именнонациональная идеология. Очень большое влияние на формированиесоответствующего мировоззрения оказал труд Михаила Осиповича Меньшикова"Письма к русской нации", Олега Платонова "Терновый венец России","Просветитель" Иосифа Волоцкого".

     Алексей М.: "4 октября 1993-го года, когда по Москвевылавливали и уничтожали защитников "Белого дома", я шёл с работы.Тогда я был абсолютно аполитичным, и думал не о том, что происходит встолице, а о том, как бы поскорей дойти до дома и отдохнуть. На бедувстречные менты приняли меня за бойца оппозиции, ведь я был в форме,работал-то в охране. Они начали бить меня, орать: "Фашистская мразь!"Упавшего пинали, я пытался объяснить, что не при чём, что не знаю, очём речь… Неподалеку остановились двое смуглолицых, злорадствовали.Потом долго не давало покоя воспоминание об этом унизительном избиении,о насмешках "гостей столицы"… Кого же так ненавидят эти подонки, зачто? — думал я. Стал читать патриотическую прессу, потом историческуюлитературу, понял, что для русского человека нет иного выбора, чемзащита своих прав, своей истории".

     Максим Р: "В облаках дыма от "травки", привезенной изБлаговещенска, и "травки", привезенной с Причерноморья, проходили нашивечера в студенческой общаге, изо дня в день длился один и тот жедиалог об андеграунде. Изнывали от скуки и безнадежности,культивировалось буддистское безразличие к реальности, но онасуществовала и доводила до бутылки и Бутырки через дорогу. Однажды ябуквально рванулся из этого болота в одну патриотическую организацию,надеясь, что дисциплина упорядочит мою жизнь, а идея придаст ей смысл".

     Главное, на чём основано моё служение такой идеологии, —это чувство долга перед Родиной и обида за неё. Мы выросли в стране,которую уважали во всём мире, чье сегодняшнее унижение воспринимаетсямоими единомышленниками как личное оскорбление — здесь всё наше,построенное и оберегаемое нашими предками, а какие-то аферистыразграбили и оплевали всё, за что заплачено русской кровью. Неполуграмотные, хотя и искренние писания патриотических газет тиражом999 экземпляров, а книги с документами, цифрами и фактами доказали мневину русофобов перед Россией.

     Нас обвиняют в ненависти и презрении к другим нациям.Нет, мы знаем, что если доля России — быть империей, то нужно бытьлояльным к другим нациям, но и ждем ответного уважения.

     Когда передо мной яркое культурное явление, талантливыйпевец, писатель, актер, режиссер, мне в голову не приходит размышлять оего национальной принадлежности. Это мелочно и глупо. Узость мышлениялиберальной прессы породила штамп: понятие о том, что русскийнационалист читает исключительно труды ксенофобов. Всё это чушь. Чеготолько нет на наших книжных полках рядом с "Завещанием" Родзаевского:"Хагакурэ" и "Книга пяти колец" Миямото Мусаши, Рабиндранат Тагор и"Повесть о доме Тайра", "Махабхарата" и мудрый Хайям…

     Для настоящего националиста своя нация — первая средиравных, а "проявления ксенофобии", о которых вопиют "правозащитные"объединения, всегда небеспричинны, всегда — ответ на агрессию извне.

     Не потому ли скинхеды вступают в драки, что деликатныеспособы указать на дверь полчищу пришельцев — себя не оправдывают? Онигибнут, и их могилы обливает грязью либеральная пресса. Их поройпринимают за обычную фанатствующую шпану. А скинхеды — это, быть может,искренняя русская молодёжь, вдохновлённая высокими идеаламижертвенности и долга перед Родиной.

     Просто есть некая грань, за которую гостям на Русипереступать нельзя, тем более, незваным. Нас достали, довели, доконали.И всё равно националисты принимает в свои ряды тех нерусских, которыевыступают против глобализации. Скинхед-иранец, конечно, экзотика, нознаю, есть такой. В наших рядах довольно большое число представителейкоренных народов Поволжья, особенно татар, чувашей…

     В движении, с которым связано много лет моей жизни,долгое время не было большего авторитета для молодежи, чем один изофицеров, карел по национальности. Светлая память нашему учителю —ветерану Чечни, капитану милиции. В его сумке пистолет был небрежноброшен среди томов исторических книг, которыми он оделял нас: "Знаешь,как уходили в поход когда-то? Только меч и библию брали с собой"…

     Не само ли общество породило сегодня пресловутый "русскийфашизм" как реакцию самозащиты национального организма напатологическую социально-политическую обстановку? Теперь глупо пытатьсянавязывать молодежи компромиссные суррогатные идеологии, смешиваядемократию и патриотизм в различных пропорциях. Поздно сажать ибессмысленно переубеждать. Мы пройдем свой путь достойно.

     Дискуссия на тему возрождения Империи, развернувшаяся настраницах "Завтра", заинтересовала меня и заставила задуматься, чтоозначает понятие "Империя" для моих единомышленников.

     Для нас, как и для большинства простого народа, ценностьИмперии не в помпезной торжественности лозунгов, не в вечном ожиданиисветлого будущего и речах вождей.

     Империя — это защищенность. Тяжелая броня, сняв которуюв жажде легкости, станешь уязвимым. Создание Империи начинается ссамообороны, когда человек выходит на порог и, глядя окрест, понимает:за лесом — одни враги, за рекой — другие. Если ты не предупредишь ихнападение вовремя — они налетят ордой на безответных и терпеливых, какуже бывало. И поэтому — марш, марш — раздвигать рубежи мечом, пока потвоей пашне не прошла чужая граница. И нет в этом ничегонеполиткорректного: способность нации отстоять свои интересы — признакее жизнеспособности. А создание Империи — это закон природы впреломлении геополитики. Империя — это вопрос крови, крови, которуюпридется пролить, если сдадим, предадим завоевания предков…

     В ходе дискуссии на тему "Пятой Империи", которая идётна страницах газеты "Завтра", порою встречается противопоставлениекрошечной Республики Русь, которая якобы желанна "ограниченным"националистам, и Империи, которая нужна патриотам — широко мыслящимгосударственникам с "громадьём" планов и вселенским размахом идей. Таквот, Империя и для нас видится необходимой принадлежностью русскойнации, как гигантское родовое поместье, завещанное предками, в котороевложены усилия многих поколений.

     Патриоты утверждают: "Государство превыше всего", "Верапревыше всего" или "Главное — общая культура, общая территория". Но всеэто — лишь своды идей, заповедей, в лучшем случае набор областей вкайме границ. И только нация — живой организм. И значит, она главнее,выше всего. А государство — лишь одно из условий для ее гармоничногоразвития, так же, как религия, утверждающая определенные нравственныепринципы, как законы и традиции. Империя — броня нации. Но чего стоитИмперия, которая прогнила изнутри? Броня на мертвом теле? Еслигосударствообразующая нация жива, она скует новую броню!

     Носители национальной идеи думают, прежде всего, осудьбе титульной нации, которая, как уже показала история, способнарешить любые проблемы своего государства и поддержать своих союзников.



     ПАМЯТНИК

     В год, когда взойдет заря Победы

     и врагов последних сбросим в рвы,

     памятником русскому скинхеду

     мы должны украсить центр Москвы.



     Будет мощь спокойная таиться,

     твердая уверенность бойца

     в гордом взмахе каменной десницы

     и в чертах славянского лица.



     За красноречивыми вождями

     он не шел по путаной тропе,

     кровь его, сметённая дождями, —

     факт, а не воззвание к толпе.



     Эй, страна, опять дерзая, строя,

     там, в грядущем, полном новых сил,

     вспомни безымянного героя,

     юношу, что Родину любил.



     А забудешь…

      так не ради славы,

     ради нас крушил он зло и тьму.

     Все равно — воскресшая Держава —

     это лучший памятник ему.





     ***

     — У них имперские амбиции! —

     визжит политик-шоумен,

     и наши бывшие провинции

     трясут знаменами измен.

     А сами втихомолку грешные

     порою жаждут всей душой

     простора, как у нас — безбрежного.

     и доли как у нас — большой…



     У нас имперские амбиции,

     они нужны, чтобы сберечь

     и рода русского традиции,

     и цель великую и речь.



     Не жадность и не злость кромешная —

     имперскость, не жестокий спорт.

     Империя — лишь неизбежная

     броня от приграничных орд.

     И пусть опять над нами властвуя,

     они ведут трофеям счет.

     Империя — не дума праздная,

      и ложь от правды — отсечет.





     ***

     Был народ доверчивым и чистым,

     но враги замучили уже.

     Не зовите русского фашистом!

     Вдруг ему придется по душе?..



     Он устал оправдываться, бедный,

     перед каждым, кто толкал в петлю:

     — Не фашист я, братцы, — я безвредный,

     безответный, всё от вас стерплю,

     буду нежным, белым и пушистым,

     жрите, волки, русскую овцу!

     Не зовите русского фашистом.

     Вдруг начнет перечить подлецу?..



     Называли злобно и упорно,

     а страну толкали за черту.

     И сегодня Ваня ходит в чёрном,

     а опасность видит за версту.

     Пареньку с друзьями боевыми

     дорога родимая земля —

     от скинов уходят чуть живыми

     наглые Руси “учителя”.



     Был народ наш праведником истым,

     но теперь недолго до беды.

     Называли русского фашистом?

     Будет вам награда за труды!





     СОЛДАТ ИМПЕРИИ

     Ты устал жить сражения ради,

     вычислять и выслеживать смерть,

     ты устал, каменея в засаде,

     сквозь чужие руины смотреть,

     ты устал в перекрестье прицела

     чьи-то темные лица ловить.

     Это тяжкое нужное дело -

     бунт на южных границах давить,

     где привал — неземная отрада,

     где письмо — долгожданная весть…

     Но Россия сказала: "Так надо".

     И солдаты ответили: "Есть!".

     Вкус промерзшего черствого хлеба.

     Старой карты потрепанный лист.

     И скользит по чеченскому небу

     след ракеты, как огненный хлыст.

     Ты устал жить сражения ради,

     но, наверное, выбора нет.

     И шагают сквозь сумерки рати,

     на погонах несущие свет.





     ***

     Люблю я песни Украины

     и степь, и замки, и сады,

     вкушаю солнечные вина

     как древнерусские меды.

     Нет краше украинской мовы

     на белом свете языка,

     её былинную основу

     хранят бояновы века.



     Не ей с трибун звучать угрюмо

     из уст духовной нищеты.

     Она — для дерзновенной думы,

     она — для трепетной мечты,

     она — для воинского клича,

     простой молитвы козака.

     Как сокол, падать на добычу,

     как сокол, мчаться в облака.



     Будь проклят тот, кто для раздора

     взял речь — родная, вывози,

     и кто представил чуждой споро

     Россию — Киевской Руси.

     Мы всё равно душой едины,

     что б ни случилось на веку,

     и только песни Украины

     развеют русскую тоску.





     ***

     То дом, то работу мы ищем,

     удачи вовек не видать,

     но русский не должен быть нищим,

     не должен он милости ждать.

     Стенаньями власть не встревожишь,

     и слов бесполезных не трать.

     А если сражаться не можешь,

     иди и ограбивших — грабь.





     ПЕРУН

     Перед ликом твоим,

     громовержец Перун,

     у меня волхва-посредника нет,

     я стою с тобою один на один,

     не как подлый враг, заслонясь щитом,

     не как жалкий раб, колена склонив,

     а как верный воин твоих дружин…

     И нет просьб у меня:

     что желал — взял сам,

     да и нет мольбы, — я умею мстить,

     для того у руса булатный меч,

     молодецкая удаль и правый путь…

     Я пришел покликать тебя на пир,

     где вино мы красное будем пить,

     сами будем пить и врагов поить,

     так поить, что спать

     им в земле сырой.

     Весел будет пир, стрелы будут петь,

     будет сталь звенеть,

     граять черный вран.

     Не на помощь зван, приходи взглянуть,

     как умеем мы побеждать зверей.

     Как мы славим Русь пламенем ран

     на телах врагов, поверженных в прах

     той земли, что им никогда не взять.





     ***

     Одна страна крепка купцами,

     другой милы ее волхвы…

     А третья славится бойцами,

     что век не склонят головы,

     не ждут хвалы и царской платы,

     и топчут травы, не ковры,

     любые рассекают латы

     наточенные топоры.

     А кони, быстрые как птицы,

     на Млечном пойманы пути,

     презрев преграды и границы,

     готовы всадников нести.

     Купцы на торг сдадут державу.

     Волхвы уйдут в свои мечты.

     Одни бойцы не примут права

     клинки отбросить и щиты.

     …Здесь мыслят просто и свирепо,

     и вера твердая в очах,

     что если даже рухнет небо,

     его поднимут на плечах.





     ***

     Васька Буслаев уводит ватагу,

     хэй, на закат, угрожая варягу,

     если на юг повернет ради брани

     с орд косоглазых потребует дани.

     Мать призывала Василия строго:

     Ты б побоялся, одумавшись, Бога.

     Жизнь твоя — драки да пива братина,

     где же твой крест, непутевый детина?

     Васька на матушкин зов обернулся,

     чубом кудрявым тряхнул, усмехнулся:

     Эх, на Купалу гулял средь долины,

     крест свой оставил на ветке калины,

     чтоб не жалел я в бою супостата.

     чтоб не считал оккупанта за брата,

     Бога чужого не припоминаю…

     Мать прошептала в ответ: Проклинаю!

     Молча Василий спускается к стругу.

     Что на душе — не расскажет и другу.

     Русскую гордость храня и отвагу

     в битву Буслаев уводит ватагу.





     ***

     Гордое сердце отчаяньем смято

     или хазарам сдались?

     Свет Святослава и тень Каганата,

     Свет Святослава и тень Каганата

     в битве над Русью сошлись.

     Вспомнилось всё, что поистине свято,

     наше запретное солнце крылато,

     молнии в бездне сплелись.

     Вечная правда — последние латы.

     Звезды проклятые и Коловраты

     режут друг друга и высь.

     Воля богов и вранье супостата,

     русский булат и хазарское злато,

     сокол и падальщик-вран.

     Свет Святослава и тень Каганата,

     Свет Святослава и тень Каганата.

     Правда пойдет на таран.

     Наша Держава еще не разбита.

     Молодость в бомбере наша защита,

     бьется законы поправ.

     Пусть продались дуболомы ОМОНа,

     горе-вожди опускают знамена…

     Лучших — ведет Святослав.





     ***

     Я курил и не мог насмотреться на мир,

     за решетку меня торопил конвоир,

     словно раз-навсегда

     из-под солнца во мрак,

     сразу после суда, из машины в барак.

     …Чуть забрезжила рань,

     просыпаюсь в кошмар,

     чуть задумался — брань,

     чуть помедлил — удар.

     — "Ты — фашистская мразь!" —

      автоматчик орёт.

     Воевал, не страшась,

     я за русский народ…

     Мент ведь тоже народ,

     только носит мундир

     и не думая бьет… Конвоир, конвоир,

     просто русский солдат

     и по крови мой брат,

     неужели ты рад ради грязных наград

     на допросы вести,

     по застенкам держать?

     Как Державу спасти,

     если правых сажать?

     А на мне ни убийств,

     ни валютных афёр,

     дело в десять страниц,

     но крутой приговор.

     Я нарвался. Я знал —

     это зря не пройдёт,

     но врагу не сдавал обреченный народ.

     Конвоир, конвоир,

     может быть, ты поймешь,

     что не с теми врагами

     сраженья ведешь,

     и неправеден суд, и лжецов не сберечь,

     не бессмысленный бунт

     мы готовы разжечь.





     ***

     Атаману В.М.Репину



     Земли Войска Донского,

     свечи чертополоха

     на цветочном ковре.

     Земли Войска Донского

     провожали в дорогу

     казаков на заре.

     Помнят наши станицы

     как хранили границы

     на имперском краю,

     бунтовали, случится,

     и не чтили столицу,

     чтили правду свою.

     Помнят наши станицы

     фронтовые зарницы,

     эхо грозной войны,

     вдов печальные лица,

     похоронок страницы,

     весть победной весны.

     Земли Войска Донского.

     Месяц словно подкова,

     солнце — око орла.

     Земли Войска Донского.

     Наша доля сурова,

     чтоб отчизна жила.

     Мы далече бывали

     и в тюрьме бедовали,

     по этапу брели,

     но креста не срывали,

     веру не забывали,

     возвратиться смогли.

     Мы далече бывали,

     нас на пир зазывали,

     было всё по уму.

     Крепче мы не пивали,

     краше мы не певали,

     чем в родимом дому.

     Земли Войска Донского,

     нам с обрыва крутого

     даль степная видна.

     Земли Войска Донского —

     дар от господа бога,

     дар на все времена.





     ***

     Молодой казак заходил в кабак,

     по столу литой ударял кулак:

     — Эй, хозяин-плут, дай-ка водки ковш,

     вот последний грош,

     словом — не тревожь…

     Он сидит да пьёт, ливень в окна бьёт.

     Есть повсюду люд, да никто не ждет,

     есть по свету путь, да куда спешить?

     Вот и молод он, а постыло жить…

     — Эх, народ честной, у реки Карай

     брошен дом родной и вишневый рай,

     вьется надо мной государев стяг,

     длится срок земной у войны в гостях.

     Не дарить бы даль пулевым свинцом,

     не дурить печаль горькой и винцом,

     что до вражьих орд —

     пусть возьмет их чёрт,

     я не больно горд, да не гончий хорт…

     Засвистел казак песню на авось.

     Засвистел сквозняк,

     знавший мир насквозь:

     "А не жить тебе у реки Карай,

     сторожить тебе порубежный край,

     побивать тебе орды за грабеж,

     пропивать в гульбе

     распоследний грош".





     ***

     Высокий берег, медленный поток,

     вишневый сад до самого обрыва,

     и облака туманный завиток,

     и вспышка грозового перелива…



     Здесь гром и рок, и колокол и Блок,

     мне открывая бесконечность жизни

     на Юг и Север, Запад и Восток,

     сказали о свободе и Отчизне.



     Здесь голос крови нас на битву звал,

     а после к миру вёл по божьей воле.

     Кто хлеб растил,

     кто с немцем воевал,

     а кто-то и учительствовал в школе…



     Я скрою всё, что дома не на лад,

     всё расскажу, что сладилось на славу.

     От древних книг и дедовских наград —

     заветы предков, строивших Державу.



     Здесь наш очаг — негаснущий цветок,

     семь поколений предков помнит глина,

     высокий берег, медленный поток,

     в ржаной пыли великая равнина.





     ***

     Речные острова в белейшей повилике,

     серебряной листве, туманном ободке.

     Преломлены лучей рассыпанные блики

     в мерцающую дрожь росы на ивняке.

     Замшели берега, травой увиты щедро,

     чьи корни обнял ил,

     чья зелень так тепла,

     вот маленький зверёк

     ныряет в эти недра,

     вот яркие жуки сползают со ствола.



     Из пышного плюща изменчивые арки

     созвездьями цветов

     в лазурь устремлены.

     За гривой камыша купаются казарки,

     и лилия со дна всплыла луной волны.

     Меж небом и водой, как облако, парили

     речные острова счастливой красоты,

     истаяли вдали, навеки озарили

     пространство за душой —

      отечество мечты.





     ***

     Красные ягоды, листья узорные,

     белые хаты и пашенки черные,

     реки бескрайние и полноводные…

     Здесь и рождаются песни народные.



     В них богатырская удаль былинная,

     и каторжанская вольность звериная,

     и скоморошья насмешка простецкая,

     девичья грусть, похвальба молодецкая.



     ...Вечером звезды горят небывалые,

     люди сидят на крылечках усталые,

     и с подголосками и переливами

     песня плывет над осенними нивами.



     Падают вниз на дороженьки сорные

     красные ягоды, листья узорные.

     Скоро придут холода неминучие,

     поразгуляются вьюги колючие…



     Ах, до чего ж ты, песня, печальная,

     невесела была Русь изначальная,

     да и сегодня терзается, плачется,

     песню придумает, в песне упрячется,

     словно в бездолии и непогодине

     Родины нет, кроме песни о Родине.

2007-01-31 18:38bak

Скинхеды,фашизм – слова, какие то не русские. Если их проглотить внутрь,начнётся интернационал, наверное, четвёртый по счёту, три уже было. Урусского движения всё должно быть русское: и название и хоругви. Пустьскинхеды будут у англосаксов, а фашисты у итальянцев. Русское движениеможет называться только Чёрной Сотней, так было во времена ДмитрияДонского и во времена Минина и Пожарского, так должно быть и сейчас. Всоветское время была хорошая поговорка относительно заимствования всегоиностранного:
« Сегодня джаз, а завтра Родину продаст»

2007-01-31 19:52jugashvili

"...всё зависит от того, достигнет ли власть взаимопонимания с народом..."

Вашаэта Фраза - мне "как серпом по я...ам". Что это за власть такая,которая не понимает свой народ? А для чего, тогда, эта власть там сидити как она там очутилась? Марина, Вы видать очень хороший человек:чистый, добрый, у Вас "болит" и я это ценю, но, как говориться, "любитьнадо уметь": современная Рос власть-суть НЕ власть Русского народа иона никогда не "достигнет взаимопонимания с народом". Спасение Русских,равно как и других народов (в том числе и Грузин, кем я и являюсь понациональности, а идейно - Советским!) - во власти народа! Т.е когдавласть будет служить интересам общества в целом. И тогда несчастныеГрузины, Таджики, Азербаджанцы, Молдоване( а также и Русские изобнищавшей провинции) не будут заполнять Москву и др крупные Русскиегорода, в поисках заработка, и сеять ненависть к себе среди ваших(имоих тоже) братьев и сестёр.
Поверьте, нет ничего более дорого длясердца Грузина жить и умереть на своей земле. СССР создал условиянародам для достойной жизни на своих землях.
Спасибо за вашу "боль".
Я Джугашвили
Грузия Тбилиси

</td></tr></tbody></table>

(Оставить комментарий)

Январь 19, 2007

11:50 am

[Ссылка]

http://valeri-white.livejournal.com/

(1 комментарий | Оставить комментарий)

Январь 12, 2007

11:14 am

[Ссылка]

Результаты поиска на http://vector-images.com
Искал и нашел герб Борисоглебска:

Борисоглебск был основан в 1646 году. Сейчас это районный центр Воронежской области.
Герб утвержден в 1781 г.
"В верхней части щита герб Тамбовский. В нижней - пять мешков, положенных один на другой, в голубом поле, в знак изобилия пшеницею".

Вот что еще можно там же приобрести:

Доступные форматы файлов:
EPS/AI,CDR(CorelDraw 9),WMF(Windows Metafile)

(Оставить комментарий)

Январь 10, 2007

06:14 pm

[Ссылка]

Пять процентов
Четвертого февраля 1969 года на уроке географии я сделал открытие. Сначала-то была история. Я скучал, разглядывал картинки в учебнике. Одна картинка зацепила и никак не отпускала. На ней изображено было крестьянство накануне коллективизации. Бедняки, самые хорошие люди, высоколобые, с умными, но скорбными лицами, середняки, из названия понятно, что людишки так себе, серединка наполовинку, и кулаки — злобного вида бородатые, толстощекие, пузатые, с поросячьими глазками мужики в поддевках, сапогах и непременных картузах на головах.

Было кулаков всего пять процентов от деревенского населения. Зато вредили они вместе со своими прихвостнями-подкулачниками изрядно. А на географии нам рассказали, что в современной Великобритании сельским хозяйством занимаются пять процентов населения.
Тут-то меня и осенило: на истории пять процентов, и здесь, на географии, тоже пять. Не значит ли это, что к сельскому хозяйству особенно хорошо приспособлены пять процентов любого населения в любой стране?
Так родилась частная теория пяти процентов.
Потом пришла пора и общей. Почти в каждом классе есть один-два человека, превосходящие остальных на голову в каком-либо умении — рисовать, петь, драться, играть в футбол, решать тригонометрические задачи, наушничать, стрелять из всего, что стреляет, заниматься пионерскими и комсомольскими делами, воровать, выращивать кактусы, собирать радиоприемники...
Вероятно, заключил я, один человек из двадцати будет заметно выделяться среди остальных в любой области человеческой деятельности. Один из двадцати — те же пять процентов!
И тут же на ум пришло первое следствие «пятипроцентного закона» — эффективность любой деятельности снижается, если в ней заняты более пяти процентов пригодного к тому населения. Вот, к примеру, комсомол: пока принимали в него лучших, была живая, активная организация, а сейчас, когда в нее чуть не палкой загоняют — фанера.
Мне не терпелось поделиться открытием с народом, однако первые попытки просветить окружающих большого восторга не встретили. Как это — лишь каждый двадцатый призывник достоин служить в армии? Ты, конечно, этим двадцатым не будешь, верно? Сам в институт намыливаешься, пусть другие отдуваются!
Я шумел, пытаясь доказать: пять процентов отдуваться — в смысле мучаться — не будут. Для них служба станет не мучением, а радостью. На пенсию силой увольнять придется. И потом, отчего же солдату не пойти в институт — танковое училище, сержантскую академию? Наши люди в космос летают, атомные ледоколы строят, моря рукотворные создают, скоро водопровод в школу проведут с канализацией, а в армии как шагали по плацу, так и шагают. Брат Петькин рассказывал: за службу три раза из автомата пострелял, вот и вся боевая подготовка. Скучно.
Изучаем историю Великой Отечественной, я твержу, что лишь один генерал из двадцати стратег, а остальные — середняки. Что при любых оккупантах пять процентов населения пойдут на все, чтобы выслужиться перед новой властью а другие пять уйдут в подполье и будут ненавистных злыдней отстреливать, взрывать и пускать под откос.
А остальные девяносто, спрашивали меня. А остальные, отвечал я, по обстоятельствам. Как получится.
Мне, жалеючи, велели помалкивать.

Я честно пытался, но понял, что каждый двадцатый, пусть даже себе во вред, будет говорить то, что считает необходимым. Отсюда было совсем близко до второго следствия закона: любые пять процентов населения совершенно не приспособлены к определенному виду человеческой деятельности. Пять процентов людей ни при каких обстоятельствах не смогут сочинить симфонию, выучить латынь, не пойдут воровать, не смогут в нужное время отойти в сторонку и промолчать. Тут же внес поправку множественностей: один и тот же человек может входить в самые разные пятипроцентные группы: быть поэтом, негодным к изучению высшей математики, отличным всадником и никудышным кузнецом. Идя далее, я дошел и до процентов на проценты: если в городе четыреста восьмиклассников, из них вполне можно набрать математический класс в двадцать человек, а уж в этом классе будет особо одаренный ученик, которого не стыдно и в союзную математическую школу послать. А союзная школа, глядишь, огромный талант вырастит.
Позднее, ознакомясь с генетикой, я заключил, что невероятная приспособляемость человека основана именно на пятипроцентном законе. Что не только рутинные поприща, но и абсолютно новые, пока неизвестные, покорятся пяти процентам популяции.

И точно! Пришла пора компьютеризации, учреждения приобрели чудо-машины, и тут же каждый двадцатый начал смело устанавливать программы, реанимировать системы после этих установок, забираться в потроха серых жестяных ящиков после окончания смены — все за прежнее жалование.
За компьютерами грядут совсем уже непредсказуемые ситуации. Ничего! Человечество выдюжит ядерную войну, пандемию вампиризма, нашествие драконов пояса Койпера. Ну, может, не целиком человечество, но один из двадцати — непременно.

Одно лишь гложет меня: пять процентов популяции постоянно изобретают велосипед. Вдруг и я со своею теорией..

КОМПЬЮТЕРРА 47-48, 2006

(Оставить комментарий)

06:14 pm

[Ссылка]